 18895 | Серьёзный мужчина | 5/4/2019 6:40:54 PM | Капитанский мостик
Впервые за несколько месяцев я мог отдохнуть. Просто откинуться на спинку кресла самолёта, закрыть глаза и... А что "и"? Спать? Сейчас от меня ничего не зависело, и даже спутники - местные непростые люди - не посчитали нужным пригласить нас с Игорем на импровизированное совещание. Да мы и не стремились. Что бы они там ни напланировали, всё равно наступит момент, когда кроме меня никто не сможет решить вопрос. Почему-то я был уверен, что ни с кем другим Алекс разговаривать не будет. Даже с высокопоставленным лицом его Ордена. Нет, конечно силой административной власти будут привлечены ответственные члены таинственной организации Хранителей, предъявятся права на артефакт, и претензии к действиям виновного в краже адепта. С их, юридической, точки зрения, все формальности неукоснительно соблюдутся. Но этот путь неизбежно приведёт к бюрократической волоките. Всегда приводил, и наш случай не станет исключением. И мы потеряем драгоценное время.
Это было настолько очевидно, что я небрежно смахнул подобные мысли, как бесперспективные. Буду думать о чём-нибудь другом, поскольку сон не шёл. Например, об Ангеле и Гусеве. Сколько бывает жён у военных вообще, и у генералов в частности? Официальных, записи о которых внесены в соответствующие учётные документы, и "полевых", неизбежно возникающих во время долгой службы. Причём наличие предыдущих совершенно не отменяет появления вторых. Ведь кто такой офицер? Защитник, да. Герой - несомненно. Но это ещё и самец, постоянно находящийся в режиме адреналинового стресса, в силу обстоятельств. Ведь если не война, то постоянная и потенциальная её угроза. И готовность пожертвовать собой. Я говорю о настоящих боевых офицерах. А это значит подсознательное стремление оставить после себя след на земле, потомство. А слабый пол, имеются в виду не избалованные цивилизационными "достижениями" вроде гламура и эмансипации фифы, своим природным естеством чует в армейцах эту внутреннюю силу. И тянется навстречу. Тем более, что инстинкт продолжения рода в них внедрён "по умолчанию". Ну и обаяние военной формы, особенно парадной. Она из любого практически мужчины делает привлекательного мачо.
Вот и кочуют бесшабашные "производители" по городам и весям согласно приказам, заводя тут и там приятные знакомства. Молодые и зелёные, но пышущие здоровьем лейтенанты. Обретшие жизненный опыт и брутальность майоры. Добившиеся высокого положения в армейской иерархии полковники, к тому же получившие в управление целые воинские части, а с ними и соответствующую властность и характер. Ну и генералы. Прошедшие по всем перечисленным ступеням. Пронесшиеся по защищаемой территории ураганом, или перепахавшие её основательно, метр за метром, на собственном пузе. И не исключено, что побывавшие на территории противника. Как впрочем и все упомянутые. Нюхнувшие пороху полной грудью. Ходящие бок о бок с "костлявой", порой единственной женщиной, сопровождающей их в опасном походе. Полевые жёны... Помнят ли их всех в лицо и поимённо бравые вояки? А сами они - случайные сопостельницы, оставили ли в себе хоть что-то об этих мужчинах, кроме семени? Понимали ли ласковые и жаркие утешительницы, что быть может они последние в жизни пропахших походной жизнью бойцов, кого те мнут в медвежьих обьятиях? Может ли случиться так, что вновь вернётся воин из похода, встанет на постой на ту же квартиру, и вспомнит свою солдатку?
Сколько было таких женщин у генерала Гусева? Сколько неучтённых чад за восемьдесят с лишним лет наплодил нестареющий ловелас? С каждой ли был он искренен, признаваясь в настоящих чувствах? Наверное с каждой. Отдавая себя без остатка, но и забирая всё до последней капли. Иначе, даже понимая, что эта встреча может быть последней, не раскроется самка перед лживым кобелём, стремящимся лишь почесать блуд о доверчивую дурочку. И это чувствуют бабы встроенным природой детектором. И значит Василий Никитович был честен с Ангелом, раз она позволила ему быть рядом. И поэтому не проломил ему голову ревнивый Андр, видя, как смотрит на генерала давняя подруга и вечная неразделённая любовь. Но мало ли мы теряли головы, начисто забывая тех, кому год, месяц, неделю назад клялись в самых высоких чувствах? Делая это совершенно правдиво, и веря в то что говорили. И тут же сгорали в пламени новой, неожиданной любви.
Сколько у генерала жён? Теперь это уже неважно. Скоро наши пути разойдутся, и мы больше никогда не встретимся. Хочется в это верить. Может разлука станет испытанием для Ангела. Но мне надо было думать не о их расставании. А о том, что я сам потерял, пускаясь в опасные авантюры. Летучий, где ты, дружище? Скоро мы вновь встретимся. Теперь уже команда вплотную занялась вопросом поиска украденного прибора, который поможет воссоединиться с кораблём. Где он сейчас? В какое измерение зашвырнуло наш барк? Пройдёт ещё немного времени, и мы вновь станем водоплавающими морскими путешественниками, а не сухопутными крысами и балластами мазутными, коими являемся сейчас. Как я соскучился по солёным брызгам, бьющим в обветренное лицо! По неумолкающему рокоту перекатывающихся волн. По скрипу снастей и такелажа. По хлопкам парусов под порывами дерзкого ветра. Скоро, парни, скоро...
|
| 18894 | Morra | 5/3/2019 5:58:02 PM | Корабельный Оракул
Мы загрузились в свой автобус и покатили обратно в Варанаси. Я прижалась лбом к стеклу и смотрела на Сэла. Он свернулся клубком и задрожал всем телом, поднимая вокруг себя тучу песка. Вскоре на месте дракона возвышался лишь небольшой песчаный холм.
– Похоже, это один из способов скрываться, – сказала я, повернувшись к Артёму, который теперь сел рядом со мной.
– Да, наверное, – не сразу ответил он.
– Тёма, ты огорчён, что Капитан не позволил тебе встретиться с Алексом? – тихо спросила я.
– Нет, это правильное решение, – ровно проговорил Артём и повернулся ко мне. – Ты знаешь, там, в пещере, я ведь поверил, что он пришёл только для того, чтобы помочь нам.
– Но он спас вас? – я испуганно уставилась в его потемневшие глаза, на дне их полыхала подавляемая ярость.
– Возможно... Но только мы уже и сами были в шаге от спасения, а он просто его ускорил. Потом, когда все мы уже были в безопасности, Капитан рассказал ему о нашей цели, о драконах. И я тогда заметил, что это не вызвало у него никакой реакции – ни интереса, ни недоверия... Ничего. Словно вокруг то и дело летают нуждающиеся в помощи драконы. Но я не придал этому значения. Только теперь я понял, что он всё это знал. И уже тогда знал, как необходим нам будет этот прибор, что без него ничего не получится. И пришёл именно тогда, когда у нас появился шанс к спасению. Если бы мы погибли там, в этой огненной пещере, прибор погиб бы вместе с нами, а значит, не представлял бы опасности как элемент для открытия хода в другой мир и был бы не нужен Ордену. Понимаешь?
– Понимаю, – прошептала я.
– Он ждал, сможем мы спастись или нет. И поняв, что мы, и вместе с нами прибор, сможет спастись, он пришёл за ним... Пришёл, когда опасности практически уже не было, чтобы не рисковать самому, и попросту украл прибор у Капитана...
– Ты думаешь, он сделал это только для того, чтобы реабилитировать себя перед своим начальством? – не могла поверить я.
– А как ещё это объяснить? – горько усмехнулся он. – Он спасал не нас, он спасал прибор… и свою честь… Если это можно назвать честью.
– Но это же подло, – пробормотала я, – мне казалось, Алекс не способен на такое…
– Мне тоже, и особенно там, в пещере… Я тогда удивился, что при расставании он сказал «прощайте», а не «до свидания». Словно даже мысли не допускал, что встретится с нами ещё когда-нибудь. В самом деле, зачем снова видеть тех, кого обокрал… Мне приходилось при жизни сталкиваться с людьми, готовыми на разные мерзости ради своей выгоды, это были обыкновенные бандиты. И теперь я понимаю, что Алекс ничем не отличается от них – те же методы, хоть и иные цели. Морра, девочка, я не говорил тебе, – Артём откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза, – однажды я уже имел возможность познакомиться с принципами Алекса, и тогда я его ударил. Единственный раз в своей жизни я ударил человека, и это был Алекс... Если бы Капитан разрешил мне ехать...
– Ты бы снова его ударил?
– Боюсь, я бы его убил. И Капитан это понял.
– Тёмка... – я потянулась к нему, и он, неловко согнувшись, уткнулся лицом мне в плечо.
Всю дорогу до Варанаси он сидел в той же позе и молчал. Я чувствовала сквозь футболку Тёмкино дыхание и гладила его по волосам.
В городе Борский связался с транспортным агентством и купил четыре билета до города Хульяка, где находится ближайший к Пуно аэропорт, а оттуда уже рукой подать до Врат Богов. Если, конечно, Алекс ещё стоит на том посту. Нашим друзьям предстояло сделать несколько пересадок, и даже при этом им придётся провести в пути только в одну сторону почти двое суток.
|
| 18893 | Morra | 5/3/2019 5:34:20 PM | Корабельный Оракул
Минут десять мы наблюдали, как Капитан хлопает себя по бокам и выворачивает карманы. Прибора не было.
– Ну что? Потерял? – нетерпеливо рыкнул Сэл.
– Я не мог его потерять! – резко ответил Капитан. – Он был в этом кармане, и это совершенно точно!
– Капитан, когда вы последний раз брали его в руки? – спросил Артём.
– Ну... В пещере ещё. Потом не до этого было. Но после этого я положил его обратно!
Артём позвал Игоря, и они вместе подошли к Тарре. С помощью адвоката Артём задал индийцу несколько вопросов и, выслушивая переводимые Игорем ответы, всё больше менялся в лице. После этого Артём снова обратился к Капитану.
– Вы видели прибор до появления Алекса или после? – в голосе Старпома зазвучали металлические нотки.
– До... Это имеет значение?
Артём побелел, между бровей пролегла суровая складка, и, когда он заговорил, голос его был совсем металлическим:
– Это имеет значение. Вы знаете, кем является Алекс. Там, в пещерах, он сказал нам, что его Орден не интересуют артефакты, созданные драконами, поскольку они не могут быть использованы против людей. Полагаю, он не был с нами полностью откровенен. Врата, построенные драконами, в самом деле не могут быть использованы против людей намеренно. Однако за те века, что прошли после переселения драконов в их новый мир, между ними и нами не было никакой связи, и никому неизвестно, что нас ждёт, когда Врата откроются. Возможно, драконы ворвутся в наш мир, чтобы отомстить свои гонителям.
– Как можно предположить, что драконы захотят причинить вред? – горько прошептал Сэл, поникнув крыльями.
– Я не хочу этого предполагать, но Орден Хранителей не исключает этого.
– Почему вы так думаете? – спросил Гусев.
– Тарра – тоже хранитель, – ответил Артём. – И он прекрасно знает об этом мнении Ордена.
– А не проще в таком случае ему было взять палец? – заметила Ангел.
– Он не мог взять палец, – возразил Артём. – Палец – создание Драконов, вернее, часть одного конкретного дракона, а такие предметы не подпадают под категорию артефактов, на которые распространяется право Ордена. А вот прибор подпадает. Без него мы не сможем вернуть корабль, который позволит нам в течение нужного времени сохранять постоянное положение в строго определённых координатах. То есть Врата не откроются.
– Тёмыч, ты что, думаешь... – неуверенно начал Макс.
– Я не думаю, я уверен, – лицо Артёма исказилось какой-то душевной мукой. – Прибор взял Алекс. Он пришёл в пещеру за ним.
– Но он спас нас, – возразил Капитан.
– Заодно спас, – сказал Старпом. – Подобный артефакт сможет оправдать его уход с поста у Врат Богов и снять все обвинения...
– Значит, нужно повидаться с ним, – сказал Гусев.
– Капитан, разрешите мне? – сжал кулаки Артём.
Капитан внимательно посмотрел на его сжатые побелевшие от ярости губы и прищуренные глаза.
– Нет, Старпом, – медленно проговорил Капитан, – вы нужны здесь. В Перу отправимся я, как капитан корабля, Тарра, как член Ордена Хранителей, и Игорь в качестве переводчика. Остальные будут ждать нас в Варанаси.
– Капитан, я не сомневаюсь в Игоре как в переводчике и не собираюсь оспаривать его опыт как юриста, – вступил в разговор Борский, – но не исключаю вероятности, что два юриста смогут оказаться вам вдвойне полезнее. Я кое-что слышал об этом Ордене, и, если прибор уже помещён в Хранилище, вернуть его обратно будет не так просто. Полагаю, на пару с Игорем мы сможем решить эту проблему.
– Хорошо, – кивнул Капитан.
– Верните свой корабль, – попросил Сэл, – и возвращайтесь сюда. Я буду ждать здесь. Вы можете оговорить всё с Таррой, а он потом передаст мне, но я хотел бы знать всё от вас. За это время мои друзья присоединятся ко мне.
– А где они сейчас? – спросила я.
– Кто где, – угрюмо ответил дракон, – мы устали скрываться... Помогите нам.
|
| 18892 | Morra | 5/3/2019 5:29:55 PM | Корабельный Оракул
Сэл ждал нас на том же месте, где несколько дней назад произошло побоище. Но ничто уже не напоминало о том, что здесь было кровавое месиво из рептилоидов. Низину устилал ровный слой песка, на ближайших склонах зеленели редкие пальмы и кустарники. Солнце нещадно палило сверху, и нам очень не хотелось покидать прохладный салон автобуса. Сэл терпеливо дождался, когда мы подойдём к нему, тяжело поднялся и повёл нас к небольшой группе деревьев, зеленеющих в некотором отдалении. Там обнаружился широкий ручей, и окружающий воздух был относительно свежим. Дракон удобно уселся на землю спиной к солнцу и раскинул широкие крылья, устроив подобие вместительного шатра, так что мы смогли разместиться в тени рядом с ручьём, и дневная жара нас уже не мучила.
– Что за спешка? – недовольно спросил Капитан. – Мог бы дать Ангелу как следует прийти в себя.
– Она в порядке, – дракон скосил пристальные глаза на Ангела. – А мы – нет. Скоро противостояние Юпитера. Нам нужно уйти до того, как оно закончится. Следующего ждать слишком долго... и уже бессмысленно.
– Почему бессмысленно? – поинтересовался Капитан.
– Противостояние Юпитера бывает каждые тринадцать месяцев, – заметил Артём, – а великое будет только через три года. Если вам важно его ближайшее расположение к Земле, логичнее подождать… Почему вам не терпится уйти именно сейчас?
– Потому что наш мир там, – Сэл вздохнул и терпеливо пояснил: – не на Юпитере, разумеется, а в его окрестностях. Потому что кроме положения Юпитера сейчас есть множество других знаков. Потому что... Просто потому что не все из нас смогут дождаться следующего противостояния, мы не так молоды, как вам кажется, и вовсе не бессмертны... Некоторым из нас хотелось бы испустить дух среди себе подобных, – Дракон тряхнул крыльями, сбрасывая накатившую печаль, и заговорил о другом. – Как вы думаете, почему Юпитер называют телохранителем Земли? Не знаете? Так поинтересуйтесь! Мы всегда стремились уберечь мир, но, когда нас изгнали отсюда, мы решили делать это из своей новой вселенной. У ваших учёных разные взгляды, но они касаются этого мира, этого, где существуете вы. Я не стану сейчас объяснять вам тонкостей, вы достаточно умны, чтобы найти информацию самостоятельно, сведений достаточно, стоит лишь захотеть их найти. Сейчас важно найти, где переход... Вы! – вдруг рявкнул дракон, угрожающе наклонив голову к Тарре. – Вы! Ты и твои люди обещали мне найти путь в мой мир! Вы обещали, что мы сможем уйти!
– Мы сделали это, Великий Сэладон! – ответ Тарры прозвучал твёрдо и совершенно неожиданно и для нас, и для Сэла.
– Вы нашли? – растерянно спросил он. – И где он?
– Мы сделали это много веков назад, с тех пор многое изменилось, – Тарра заговорил на каком-то странном напевном языке, который совершенно непостижимым образом был понятен нам всем. – Наши жрецы изучали Землю и звёзды, изучали каждую частицу той крупицы тела, что ты нам оставил, и искали взаимосвязь между событиями прошлого, настоящего и будущего. Мы нашли то место, где твои собратья оставили дверь для вас, и мы нашли ключ к ней. Это был старый храм на вершине гор. Тогда избранные отправились на поиски тебя и твоих друзей. Но стоило найти ваш след, как вы исчезали.
– Мы не могли жить открыто, – буркнул Сэл, – после Великой битвы нас стали бояться и ненавидеть, на нас устраивали охоту...
– Мы знаем это, Великий Сэл, и сознаём свою вину за то, что не смогли выполнить свой долг быстрее. Прошли века и тысячелетия, ты знаешь это, лик Земли изменился. Храм был разрушен вскоре после битвы. Технологии, которых достигли твои враги и недруги других Драконов, позволили им перенести руины, и Храм был поглощён океаном, укрыт в самой толще океанских вод, в сердце Марианской впадины. Но мудрые жрецы сохранили подземный ход к Храму. Ключ по-прежнему находится там, под одной из колонн... Твой потерянный палец, Великий Сэл, заставит колонну отдать нам ключ.
– Нам что, опять придётся спускаться в пещеры? – простонала Ангел. – Ненавижу пещеры...
– Нет, вам не придётся спускаться в пещеры, – возразил Тарра. – Храм находится слишком глубоко – это место называется Марианской впадиной, ваши тела не выдержат нахождения там. Только Сэл и я пойдём к Храму. Но для того, чтобы воспользоваться ключом, нам нужна помощь Человека Древней Крови.
– Я не позволю тащить парня в Марианский желоб! – взъярился Игорь, силой заставляя подскочившего было Кирилла сесть на место.
– Ему не нужно туда идти, – терпеливо продолжил Тарра. – Я уже сказал, к Храму пойдут только двое – Сэл и я. Но вы должны в определённый момент оказаться строго над нами и провести ритуал. Человек Древней Крови знает, что нужно сделать. Вы понимаете? Только одновременное проведение ритуала и действие ключа откроют для Сэла и его товарищей дверь в мир Драконов.
– И как мы узнаем ваше положение на дне, чтобы оказаться над вами? – спросил Андр.
– У вас будет точный хронометр и точные координаты, – сообщил Тарра, – кроме того, Сэладон сказал мне, что у вас есть разумный корабль, и он сможет зафиксировать своё положение на некоторое время в нужной точке.
– Наш корабль, – смутился Капитан.
– Что-то не так? – поинтересовался Ранджит. – Разве у вас нет корабля? Егор говорил, вы прибыли сюда на корабле.
– На корабле, да... – Капитан пожал плечами. – Только он исчез...
– Что??? – из пасти Сэла полыхнул небольшой язычок пламени метра на полтора. – Что значит исчез???
– Значит – исчез! – хмуро ответил Капитан. – Включился прибор, и барк исчез! Ваш, между прочим, прибор, – он язвительно посмотрел на Гусева, – тот, что вы Ангелу оставили под видом кандактора!
– А какого чёрта вы его активировали? – взорвался генерал. – Вы что, малый ребёнок, на неизвестные кнопки нажимать? Корабль переместился туда, куда вы его отправили! О чём вы думали в тот момент?
– Я помню? – огрызнулся Капитан. – Это было целую вечность назад!
– Ладно, по большому счёту, это не имеет большого значения, – Гусев понемногу остывал. – В принципе, если вы сможете хорошо постараться, то сможете вернуть корабль тем же способом, каким потеряли. Надеюсь, он там в целости и сохранности. Просто снова нажмите ту самую кнопку... Прибор-то у вас.
– Разумеется, у меня, – Капитан сунул руку в карман и побледнел.
|
| 18891 | Morra | 5/3/2019 5:24:03 PM | Корабельный Оракул
Генерал буквально оккупировал палату Ангела. Он покидал её лишь ненадолго, и только тогда кто-нибудь из нас получал возможность несколько минут провести рядом с нашим любимым Коком. Медсестра строго следила за тем, чтобы мы заходили по одному, и до меня в этот день очередь так и не дошла. Вечером доктор Мишра заверил нас, что Ангел в полном порядке и нуждается только в душевной поддержке, поэтому утром он её выпишет. Высказав это, он очень мягко, но настойчиво подвёл нас к выходу из больницы и заявил, что нам необходим отдых. На наши возражения он пригрозил, что госпитализирует всех с диагнозом "переутомление", причём разместит в разных палатах и не позволит видеться друг с другом в течение недели минимум. Проговорил он это очень серьёзно, и мы не рискнули настаивать на своём.
– Я бы хотел остаться здесь, – попытался потребовать Гусев, – я могу не заходить в палату, побуду в коридоре. И утром помогу ей добраться до гостиницы.
– Это могу сделать и я, – возразил мрачный Андр, – всё-таки она мой друг.
– Она моя жена, – заявил ещё более мрачный генерал и в ответ на наши изумлённые взгляды пояснил: – я не могу иначе называть мать моего ребёнка... пусть и не рождённого.
– В вашем присутствии нет никакого смысла! – твёрдо проговорил Мишра. – Для моей пациентки будет гораздо лучше, если к моменту выписки она сможет увидеть вас всех отдохнувшими, бодрыми и... дружными.
– В гостиницу! Все! – приказал Капитан и пресёк попытку Гусева возразить: – И вы тоже! Это приказ, и он не обсуждается!
Несколько секунд Капитан и генерал сверлили друг друга взглядами, наконец Гусев отвёл глаза и зашагал в сторону отеля.
Как и обещал Мишра, сразу после осмотра и завтрака он выписал Ангела, и очень скоро мы все вместе сидели за длинным столом в прохладном ресторане отеля. Правда, мы, обычно не страдающие отсутствием аппетита, теперь были несколько подавлены, так что обильный обед остался почти не тронутым. Разговор тоже не клеился. Может быть, если бы за столом сидели только экипажники, мы бы чувствовали себя более раскованно, но в компании с Гусевым и его командой, Тимуром и его загадочной дочерью, с молчаливым и странно изменившимся Русиным, со строгими Ранджитом и Китови мы были словно не в своей тарелке, хоть и пережито вместе было уже немало. Один только Борский воздал кушаньям должное, но и он больше отмалчивался.
– А где Миха? – я заметила его отсутствие и спросила об этом Егора не столько из любопытства, сколько для того, чтобы просто нарушить это тягостное молчание.
– У него важная встреча, – усмехнулся Егор.
– Да, с Катенькой, – широко улыбнулся Борский. – Полагаю, мы не увидим его до позднего вечера.
И снова повисло молчание. Но на этот раз оно было недолгим – прервал его невесть откуда возникший Тарра. Церемонно поприветствовав нас, он со своей неизменной чудесной улыбкой сообщил, что нас всех ожидает Великий Сэл, и мы должны незамедлительно отправиться с ним, ибо время на исходе. В чём причина спешки, он не объяснил, а на наши вопросы только улыбался и кивал. Впрочем, мы даже были рады такому повороту, ведь это избавляло нас от необходимости продолжать томительный обед. Так что мы очень активно покинули прохладу ресторана и высыпали в духоту проспекта Варанаси. Оказалось, что Тарра обо всём позаботился, и у ворот отеля нас ожидал большой автобус, который и должен был довести нас до места встречи с Сэлом. Мы расселись на удобных сиденьях, причём я не совсем вежливо оттеснила Гусева и устроилась рядом с Ангелом, Тарра занял место водителя, включил кондиционер, и автобус плавно поехал по пыльным улицам этого странного города.
– Как ты, Ангельчик? – спросила я, когда автобус уже выехал за пределы Варанаси.
– Так, – она неопределённо пожала плечами, – непонятно... Ты знаешь, я не ожидала, что генерал так остро воспримет всё это... – она беспомощно посмотрела на меня.
– Он назвал тебя женой, – заметила я.
– Да? – грустно улыбнулась Ангел. – Тогда мне придётся дать ему развод.
– Почему? – глупо спросила я.
– Моррик, рано или поздно мы вернёмся на "Летучий", а генерал – к своим делам. Я не поеду с ним, а он не останется на барке.
– Почему бы ему не остаться на барке?
– Хорошо, что ты не спросила, почему бы мне не поехать с ним, – Ангел сжала мою руку. – А на барке ему нет места, Морруся... Во-первых, они будут постоянно пререкаться с Капитаном и решать, кто из них главный. А во-вторых... – она махнула рукой, замолчала и стала смотреть в окно.
|
| 18890 | называй меня ангел | 4/28/2019 3:23:11 AM | Камбуз не дремлет!
Дверь стремительно распахнулась, и я, даже не глядя в ту сторону, уже знала кто стоит на пороге.
Ах, чёрт, надо было ещё подождать со слезами, их легче удержать, чем остановить. А может быть
права подруга, и не стоит стесняться своих слёз? Генерал молча прошел через всю палату и тяжело
плюхнулся в кресло, которое до него занимали Морра и доктор, потом, немного подумав, так же молча
пересел ко мне на кровать и взял за руку. Я попыталась выдернуть свою мокрую ладонь из его руки,
но захват у Генерала был по прежнему стальной.
- Тихо, Ангел, тихо, не дергайся, - его голос чуть дрогнул, - я же тебя не укушу.
- Кто вас знает, Василий Никитович, - попыталась отшутиться я, - никак не могу предугадать вашу
реакцию.
- Мою реакцию на что?
- Только не делайте вид, что вы совсем не в курсе...Мне Морра рассказала, что доктор вам сообщил,
и что все всё уже знают...
- Ну, предположим, что мне ещё раньше сообщил Дракон, и, я надеюсь, сделал это по твоей просьбе,
Ангел.
- К сожалению...
- Почему?
- Если бы я не поторопилась ему разболтать, сейчас не пришлось бы ни в чём оправдываться...
- А ты собираешься оправдываться? В чём?
- Во всём! В том, что забеременела, в том, что не сказала, в том, что не хотела и в том, что не
уберегла!
- Во всём этом нет твоей вины, Ангел.
- Моей нет? А чья есть?
- В основном вина обстоятельств, и конечно же моя!
- Ваша?
- Конечно моя! Кстати, почему ты опять обращаешься ко мне на "вы"?
- Мне так легче и удобнее. Перед чужим человеком легче исповедоваться и в грехах каяться.
- Мы уже давно не чужие друг другу, а после случившегося, можем считаться родными.
- Считаться и быть - это не одно и то же, Василий Никитович, так в чём же всё таки ваша вина,
если вы не признаёте моей?
- Мужчина всегда за всё отвечает , и всегда во всём виноват, чтобы ни случилось с его женщиной и
его...детьми, - последнее слово далось ему не легко.
- Это полная ерунда, вас же не было со мной.., - начала я противоречить.
- Вот именно, - перервал меня Гусев, - вот именно в этом и виноват, что меня не было рядом, что
бросил и не уберёг.
- Но ты же не знал! - возмущаясь я забыла, что перешла с ним на "вы".
- И в этом тоже виноват, должен был знать или хотя бы предполагать.
- Откуда ты мог знать? Я же от тебя скрыла! - мои слёзы давно высохли, а сила негодования всё
возрастала.
- И в этом виноват, значит не заслужил твоего доверия, не заслужил того, чтобы ты сообщила мне о
моём сыне.
- Глупости, - вздохнула я, - просто, когда вы ушли в это "подземелье", я ещё и сама ни о чём не
знала, не знала точно, только подозревала, но даже боялась в это поверить.
- Ангел, - опять схватил меня за руку Гусев, - скажи, почему ты так не хотела этого ребёнка?
Почему ты так боялась этой беременности? Потому, что он от меня?
- Вась, ты совсем глупый, да? - слёзы опять покатились из глаз. - При чём тут ты?
- Как это при чём?
- Нет, ну при чём конечно, при чём. Но дело то совсем не в тебе. И кто тебе сказал, что я так уж
совсем его не хотела?
- Ты сказала, ты, как только я зашёл...
- Нет, не то, ты меня не так понял. Просто всё это было совсем неожиданно и не ко времени...И я
абсолютно не знала как ты к этому отнесёшься, нужен ли тебе ребёнок от меня, и нужна ли тебе сама
я...
- Ангел! - возмущенно вскрикнул Генерал.
- Ну что Ангел? Это же всё естественно! Какие нас связывают отношения? Случайная встреча,
короткое знакомство и одна бурная ночь? Разве при таких обстоятельствах "заводят" детей?
- Эх, Ангел, Ангел, - Гусев махнул рукой куда то в сторону, - Если бы только знала сколько лет я
мечтал о наследнике, и сколько раз пытался его, как ты говоришь, "завести". И с женой, да и после
её смерти были такие попытки, что уж тут скрывать. Мне всё казалось, что если у меня будет сын,
родной человечек, кровь от крови моей, плоть от плоти, то я не буду в этом мире так одинок, не
буду чувствовать себя совсем одним на этом свете. Годы шли, и ничего, никаких результатов, ни
разу, никогда, я даже и не надеялся уже... А ты говоришь "обстоятельства"... Я же просто ошалел,
когда мне Сэл сказал, что у тебя будет ребёнок..мой ребёнок...
- Но он же не знал тогда, что это мальчик, а если бы была девочка?
- Да какая разница, Энжи, какая разница? Разве я бы меньше её любил от этого? Может быть ещё
больше бы любил. Говорят, что мужчины дочерей даже крепче, чем сыновей, любят. Была бы такая
кареглазая кудряшка, как ты...
- Нет, Василёк, лучше голубоглазая, как ты...
А потом мы сидели обнявшись крепко-крепко и шептали друг другу: "Прости, что не уберегла. Прости,
что не знал."
|
| 18889 | Morra | 4/17/2019 7:07:04 PM | Корабельный Оракул
Не нужно обладать большим умом, чтобы понять, что Ангел хочет отрыдаться в одиночестве. Так что и моего ума для этого тоже хватило. Я лишь однажды видела её плачущей – когда из зияющей трещины в земле валил дым, и мы с ужасом представляли себе судьбу наших друзей. Хорошо, не хочет плакать при мне, пусть поплачет одна, ей это нужно, иначе горе измотает её окончательно.
Я решила не слишком торопиться, чтобы у неё было побольше времени прийти в себя до того, как экипаж ввалится в её палату или выстроится в очередь у дверей, если врач не позволит зайти к ней всей компанией. Первым делом я заглянула к доктору Мишре, благо он мог худо-бедно изъясняться по-русски. От него я кое-как смогла узнать, что состояние Ангела не внушает ему никаких опасений и держать её в больнице долго он не собирается и, если ничего не случится, завтра он сможет её выписать.
После этого я направилась в гостиницу, чтобы успокоить наших, принять душ и переодеться. Вприпрыжку спускаясь по лестнице, я налетела на генерала Гусева, который медленно поднимался наверх.
– К Ангелу нельзя, она спит! – попыталась я его остановить.
– Я подожду, когда она проснётся, – хмуро ответил он.
– А потом у неё процедуры! – я ещё не теряла надежды задержать его.
– Оракул, неужели вы думаете, что сможете не пустить меня к ней? – спросил Гусев. – Я должен с ней поговорить и сделаю это даже в том случае, если мне придётся вас связать.
Он отстранил меня с дороги и снова пошёл наверх, тяжело ступая по ступенькам. Я посмотрела на его ссутуленную спину и обмякшие плечи – сразу вспомнился давний разговор на камбузе "Летучего", когда Ангел сообщила мне, что Гусеву сто с лишним лет. И сейчас он выглядел так, что в это можно было полностью поверить. Она сказала, что генералу "...легче, чем мне, он не успел привыкнуть к этой мысли...". Ох, как же она ошибается на его счёт... Я тихонько прошла за ним и увидела, как он вошёл в палату и прикрыл за собой дверь. Что ж, пусть. Я не обещала Ангелу не пускать к ней Гусева, так что всё к лучшему. Пусть поговорят сейчас, пока никого больше нет.
Едва я вышла на улицу, как в меня вцепился Кирилл и закидал вопросами:
– Как тёть Ангел? Её скоро выпишут? Она очень больна?
– Завтра обещают выписать, больна не очень, просто слишком устала и перенервничала, – уклонилась я от дальнейших объяснений. – Ты откуда здесь? Почему не со всеми в гостинице?
– Там все мрачные сидят, и разговоры скучные какие-то. Всё про пещеры, про чудовищ этих, что из-под земли вылезли... Надоело. Надо драконам помогать, а мы тут застряли, – он с досадой дёрнул плечом.
– Нам эта помощь как-то боком выходит, – проворчала я. – Кир, расскажи, что с вами случилось после того, как вы спустились в колодец.
И весь путь до гостиницы я слушала подробный рассказ о подземном путешествии – встреча с Сэлом, ошибка в выбранном направлении пути, устроенные драконом взрывы, странный зал с огненной пропастью, плен Сэла, падение Артёма в бушующее пламя, его возвращение, обвинения в суициде, возвращение ему нормального облика, планы рептилоидов, явление Алекса и чудесное спасение.
– Покажи палец, Моррка, Джами сказала, он у тебя! – потребовал Кирилл, завершив своё повествование.
– Потом, – отмахнулась я и нырнула в прохладный холл гостиницы.
Кир крикнул мне вслед, что меня ждут в гостиничном ресторане. Я кивнула на бегу и ответила, чтобы подождали ещё – индийская жара превратила меня в липкую тушку, и мне срочно нужно было хоть немного привести себя в порядок.
Когда я вышла из номера в свежей одежде, меня встретил Артём.
– Девочка моя, сколько же вам пришлось вынести, – он уютно обнял меня, и я с наслаждением прижалась щекой к колючему свитеру. – Борский нам рассказал обо всём, что с вами случилось.
– Всё уже позади, – ответила я, обхватив Тёмку руками. – Вот Ангел поправится и всё снова будет хорошо. Мы очень волновались за вас, мы думали, что вы... – у меня снова заныло сердце и защипало глаза.
– Всё уже позади, – прошептал Артём, – мы живы, всё нормально. Мы просто прошли по пещерам и всё.
– У тебя волосы опалены... и ресницы, – заметила я.
– Это так, – смутился он, – над костром наклонился...
– Тёма, зачем ты врёшь? Я знаю всё про этот костёр! – рассердилась я, попытавшись отстраниться. – Я уже у Кирилла спросила обо всём...
– Но ведь всё равно всё это позади, – он крепче меня обнял. – Как Ангел?
– Завтра обещают выписать, но к ней пошёл генерал, – я моментально остыла. – Надеюсь, они мирно поговорят... Тёмка, как наши могли подумать, что ты сам прыгнул в огонь? – снова завелась я. – Они тебя так плохо знают?
– Я думаю, со стороны было похоже, что я нарочно, – он пожал плечами. – Мне показалось, что ты меня зовёшь, я оглянулся резко и не удержался. Может быть, ты тоже так решила бы, если бы видела...
– Я бы не решила! Ты же говорил, что никуда от меня не денешься! Помнишь?
– Помню, – усмехнулся он, зарываясь лицом в мои волосы. – Пойдём, тебе надо поесть, а потом все снова хотят вернуться в больницу, навестить Ангела. И не возражай, никто не будет слушать, что она никого не хочет видеть и прочие отговорки. Одной ей быть сейчас не нужно.
В самом прохладном уголке ресторана сидели все экипажники, команда Семёнова, Русин, Ранджит и Борский. Я не успела подойти к столу, как на меня со всех сторон посыпались вопросы, и я едва успевала отвечать, пока Капитан не стукнул кулаком по столу:
– Дайте уже ей поесть! – и на правах главного спросил: – Что сказал врач?
Набивая рот ароматными индийскими блюдами, я кое-как отвечала на вопросы, а они неслись нескончаемым потоком. Всех интересовало состояние Ангела, подробности наших похождений, которые не знал или опустил Борский, и прочее, прочее, прочее...
А потом мы снова направились в больницу, и встретивший нас в коридоре доктор Мишра в ужасе раскинул руки, преграждая нам путь:
– Только не заходите к ней все вместе, прошу вас! По двое-трое, не больше!
И только после клятвенного обещания не волновать пациентку мы были пропущены дальше. За дверью палаты слышались приглушённые голоса Ангела и Гусева.
– Подождём, пусть поговорят! – приказал Капитан, пресекая попытку Андра войти.
Мы послушно уселись на расставленных вдоль коридора диванчиках и стали ждать.
|
| 18888 | называй меня ангел | 4/12/2019 4:40:00 PM | Спасибо, мои дорогие и любимые друзья и соавторы.
Спасибо за тёплые слова, за добрые пожелания, за
дружбу и за то, что я для вас что то значу. А уж
как много вы значите для меня, я просто не могу
передать словами! Спасибо за то, что вы есть!
|
| 18887 | Morra | 4/12/2019 9:35:49 AM | С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ!
Ангел, Ангельчик, с Днём рождения тебя, подружка!
Да сбудутся все твои желания, да материализуются все мечты, да создаст неуёмная фантазия новые стремления!
Да не оскудеет твоё вдохновение, и крылатая муза да принесёт тебе новые творческие замыслы в поэзии и прозе!
Ангел, пусть не подводит тебя здоровье, пусть радуют близкие и пусть всё у тебя будет хорошо, чудесно и замечательно!
Короче - будь счастлива сегодня и всегда!
|
| 18886 | Серьёзный мужчина | 4/12/2019 9:28:29 AM | С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ!
Хоть и выходной нам не подарен,
В этот день не грустно никому!
Да простит меня герой Гагарин
Эти дифирамбы - не ему.
Эта именинница роднее.
Пусть нас разделяет полЗемли,
Но в одной упряжке, братцы, с нею
Миль мы прорву чёртову прошли.
И в таких бывали переделках,
Влезть куда не каждый бы решил.
Были и в страстях, и в ссорах мелких,
Сохранив величие души.
Ангел - Кругосветки средоточье,
Оды все хвалебные - тебе!
Лично от себя скажу я точно:
Рад, что Ангел есть в моей судьбе!
Здоровья, счастья, и пусть близкие тебя не
обижают! Это и нас касается, эй, близкие!!!
|
| 18885 | называй меня ангел | 4/5/2019 2:51:25 PM | $eledka --> (18883)
привет, заходи на Камбуз, тут тебя лук, масло и
чёрный хлебушек дожидаются:)))
|
| 18884 | называй меня ангел | 4/5/2019 2:49:25 PM | Камбуз не дремлет!
Мне с трудом удавалось не смотреть в глаза сочувствующей подруге, не очень то и хотелось, чтобы она там рассмотрела
что-нибудь, в этих самых глазах, в моих т.е. глазах. Всем будет легче, если я сумею их убедить, что я не переживаю и
даже рада такому ходу событий, сначала возмутятся, упрекнут меня в черствости, а потом забудут. Моя боль - это только
моя боль, жаль, что так неосторожно успела сболтнуть Дракону, а он в свою очередь очень быстро передал Генералу, было
бы легче, если бы тот совсем не знал...
- Что Гусев? - с надеждой спросила я, - Как реагировал?
- А ты как думаешь? - Морра продолжала заглядывать мне в глаза, - Уж конечно не радовался.
- Мне очень жаль, что он вообще об этом узнал, моя оплошность, не надо было Сэлу говорить.
- Ничего бы не изменилось, он бы всё равно сейчас узнал обо всём, врач нам всем сообщил, что ты потеряла ребёнка.
Генералу оставалось бы только факты сопоставить.
- Ну мало ли что, может и не подумал бы, что его, может до него или после него...
- Ангельчик, не говори ерунды, все же знают, что ты не такая...
- Ну да, не такая...Представляю, что они все обо мне сейчас думают...
- Кто все?
- И Кэп, и Андр, да и Призраки тоже, особенно Малыш...
- Малыш ничего не знает, его не было с нами при разговоре с доктором, он куда то отбегал.
- Вот и отлично, ему бы как раз и не хотелось ничего объяснять.
- Тебе вообще не придется никому ничего объяснять, все всё понимают, и не будут приставать к тебе с расспросами.
- Ты так думаешь? Думаешь и Васятке ничего объяснять не придется.
- Ангельчик, - смутилась Морра, - с Генералом конечно надо поговорить, сама понимаешь, он отец, ему тоже не легко.
- Надеюсь, что всё-так легче, чем мне, он не успел привыкнуть к этой мысли...
- Тебе больно, да? - глаза подруги налились слезами, - Конечно больно, ты просто хорохоришься, пытаешься скрыть свои
чувства от меня, но я то вижу. Ты поплачь, поплачь, если хочешь. Лучше сейчас, когда тут только я, тогда встречу с
другими будет легче выдержать.
- Ой, Моррик, сцена как из дурного романа, одна подруга страдает, другая уговаривает её поплакать.
- Этот дурной роман, как ты выразилась, называется жизнью, а в ней, как ты знаешь, может быть всё. Это же, Ангел, твоё
выражение.
- Нет, Моррусик, не моё, но одного очень умного человека, я просто позаимствовала... Так ты говоришь, что они сюда все
припрутся?
- А ты сомневаешься? Конечно, все зайдут тебя проведать. Приведут себя в порядок и обязательно вернутся.
- Да-с, - я была не слишком рада, - Если честно, подружка, я не очень то готова к встрече с ними, особенно с Васей,
боюсь, что при нём точно разревусь.
- Ну и что? Боишься его расстроить своими слезами? Или не хочешь показаться ему слабой.
- Сама не знаю, я его слезами пока не испытывала, времени не было, злиться на него, злилась, а вот реветь при нём как
то не было повода.
- А ты не бойся, в конце концов все мы люди, все можем испытывать чувства, а мы с тобой, тем более, женщины, нам любое
проявление эмоций простительно. Пусть знает об этом, а не принимает тебя за одного из своих стойких оловянных
солдатиков.
- Тебе не кажется, Моррик, что наш с ним быстротечный "роман" логически завершился? Трагическое, но логическое
завершение. Может это сама судьба делает мне знаки, что продолжать больше не стоит, он наверняка в скором времени
исчезнет вместе со своей группой, и, скорее всего, больше никогда не появится в нашей жизни, так не стоит ли поставить
жирную точку прямо сейчас?
- Я бы не рубила так с плеча, Ангельчик. Но это твоя жизнь, и решать только тебе.
- Точно, моя жизнь, моё решение...Моррик, солнце, - перешла я на другую тему, - У меня к тебе просьба, ты бы не могла
помочь мне принять пристойный вид, расческа, зеркало, мыльно-рыльные и кое-какая косметика мне бы сейчас не
помешали...и пижаму захвати, мне эти больничные халаты-распашонки совсем не идут. Если уж принимать соболезнования, то
во всеоружии.
- Конечно, Ангельчик, сейчас сбегаю в гостиницу, она здесь недалеко...
- Заодно попридержи там коней ретивых, пусть ещё часок помаются неизвестностью, кофе попьют, ок?
- Постараюсь, - Морра уже была в дверях.
- Попроси медсестру никого не пускать ко мне сейчас, - крикнула я ей вслед.
Когда подруга ушла, и я убедилась, что она не вернётся в ближайшие четверть часа, вот тут то я и дала волю своим
слезам. Надеюсь, что к её возвращению следов от этих рыданий почти не останется на моём лице.
|
 18883 | $eledka | 4/5/2019 12:25:07 AM | За бортом
Всего 10 лет меня тут не было.... А вы
чего тут натворили без меня?! :)
|
| 18882 | Morra | 4/3/2019 3:27:58 PM | Корабельный Оракул
Остаток вчерашнего дня и всю ночь мы провели в больнице. Грязные, оборванные, уставшие, мы боялись покинуть больничный холл даже на минуту, чтобы не пропустить известий о состоянии Ангела. Китови, Ранджит и Тарра большую часть времени проводили в палате Туры Найнга, ранение которого оказалось очень тяжёлым, и он находился буквально на грани между жизнью и смертью. Но поминутно кто-нибудь из них прибегал к нам узнать новости об Ангеле. Поздно вечером доктор Мишра сообщил, что ей ничто не угрожает, но ребёнка она потеряла. Эта информация произвела эффект разорвавшейся бомбы – ведь кроме меня никто не знал о беременности Ангела.
– Какого ребёнка? – растерялся Андр. – У неё должен был быть ребёнок?
– Это был мой ребёнок, – контрольным выстрелом прозвучала фраза Гусева, которую он произнёс, едва шевеля посеревшими губами.
– Откуда у неё твой ребёнок? – возмутился Андр.
– От верблюда! – рявкнул генерал, отошёл в сторону и прижался лбом к стене.
Капитан и Игорь силой усадили Андра в кресло рядом с ними. Потом мужчины подходили к Гусеву, пытались говорить с ним, но он отталкивал любого, кто приближался к нему, мучительно подавляя рыдания, и только стонал раненым зверем, молотя по стене кулаком.
На рассвете стабилизировалось состояние Туры Найнга, он пришёл в себя, и Ранджит с Таррой присоединились к нам, оставив Китови наедине с его другом. Доктор Мишра разрешил мне посидеть с Ангелом и строго-настрого велел немедленно вызвать медсестру, как только она проснётся. Он запретил мне разговаривать с ней и ни в коем случае не сообщать о гибели малыша.
Я просидела в палате до полудня, не сводя глаз со спящей подруги и прислушиваясь к её слабому дыханию. Едва она делала какое-то движение, я сразу подскакивала к ней, но она продолжала спать. Наконец она зашевелилась и медленно открыла глаза. Я завопила, призывая сотрудников больницы, а пока они, наконец, не явились, мне пришлось как можно более уклончиво отвечать на её вопросы. Подоспевшие медсёстры тут же вывели меня из палаты. Я рассказала волнующимся друзьям, что Ангел в порядке, и кое-как уговорила их отправиться в гостиницу, чтобы привести себя в порядок и хоть немного отдохнуть. Они взяли с меня клятвенное обещание, что я буду держать их в курсе, и нехотя покинули больничный вестибюль. Я уселась в кресло у дверей в палату Ангела и стала ждать, только теперь позволив себе расплакаться.
Минут через тридцать дверь открылась, и по лицу доктора Мишры, выходящего из палаты Ангела, было понятно, что он сообщил ей о случившемся. Я влетела в палату, не представляя, в каком сейчас состоянии моя подруга и как я буду её успокаивать. Она лежала бледная, с совершенно спокойным лицом, и это спокойствие напугало меня больше, чем если бы я нашла Ангела, бьющейся в истерике. Ангел посмотрела на меня потемневшими глазами и ровным голосом попросила:
– Расскажи мне, что там произошло. Я почти ничего не помню. Помню только, как мы побежали к той пыльной туче. Помню, что там были наши. А больше ничего.
Я присела на краешек её постели. События последних суток были свежи в памяти, и даже беспокойство за состояние Ангела не смогло пока притупить их яркости.
***
Борский тщетно пытался найти цель в метавшемся перед нами столбе пыли. Бойцы Туры Найнга, Семёнов со своими солдатами, Ранджит, Русин и Китови метались возле него, словно что-то не позволяло им ворваться в пыльную муть. Щёлкали редкие выстрелы, но причиняли ли они кому-нибудь вред, было неясно. До нас донёсся крик Ранджита, из которго мы разобрали только имя Тарры. На зов из глубины столба выкатился и сам Тарра, начал что-то объяснять Ранджиту, взволнованно жестикулируя и то и дело порываясь метнуться обратно в толщу пыли. Но теперь и он не мог пройти туда.
– Если бы ещё подул ветер, чтобы это чёрное чудище стало снова видно, я бы хоть знал, куда стрелять, – проговорил Борский. – Интересно, гранаты смогут пробить его шкуру?
– Вы с ума сошли!!! – взвизгнули мы с Ангелом. – Это чёрное чудище и есть Сэладон!!! Его нельзя убивать! Он наш друг!
– Тогда кто наш враг? – Борский не потребовал объяснений, только деловито осмотрел свои боеприпасы. – Мне бы хотелось знать, какое оружие будет наиболее эффективно...
Непонятный шум и громкие возгласы заставили нас оставить изучение гранат и патронов и снова посмотреть в сторону столба. В его глубине что-то происходило, а толпящиеся вокруг него воины бросились врассыпную. Пыльная масса закачалась, засветилась изнутри, и вдруг из неё выкатился небольшой огненный шар, оставив после себя внушительное отверстие. Вслед за шаром из отверстия выскочили два жутких покрытых чешуёй существа.
– Вот!!! – завопили мы. – Варлен, в них стреляйте!!! Скорее!!! Это враги!!!
Варлен отреагировал моментально, но индийцы Туры Найнга оказались ещё быстрее и успели уложить одного из монстров, пока Борский наводил свои орудия. Однако второго разорвал в клочки меткий выстрел Варлена. После этой короткой схватки вся орава наших ворвалась в зиявшее в пыльной массе отверстие. Под их напором оно расширилось, и в его глубине мы увидели колышащееся пузо Сэла, а рядом с ним – Капитана, Андра, Гусева, Тимура с дочерью и всех четверых призраков. Борский что-то говорил, но мы уже его не слышали, потому что со всех ног неслись к начавшей редеть пыльной массе, даже не сообразив, что быстрее подъехали бы к ней на машине.
Когда мы влетели в пыльную толщу, она уже теряла свою плотность, и становилась похожей на негустой туман. В нём мы видели разбросанные тут и там неподвижные чешуйчатые тела, целые и разорванные на куски. Многие монстры были ещё живы, и с ними сражались воины Тарры и Найнга, не отставали от них и Ранджит с Русиным, Семёновым и его солдатами. Представительный Китови, казавшийся немного чопорным в конторе Борского, теперь вертелся волчком, отбиваясь от наседавших на него тварей. Но всё это мы воспринимали лишь как мелькающие вокруг нас картинки, видя только самое главное – экипаж "Летучего".
Я успела отметить краем глаза, как над раненым Найнгом склонился Китови, а одно из чудовищ подскочило к нему и занесло над его головой какое-то сверкающее оружие. С криком "Берегись!" к ним метнулся Русин, закрыв собой Китови и выставляя над собой автомат, держа его обеими руками, как палку. Оружие монстра со всей мощью опустилось на автомат, высекая искры, но Русин удержался на ногах, перехватил автомат и шарахнул им в челюсть чудовища. Оно отшатнулось, и тут его добил подоспевший Семёнов.
Капитан и остальные наши экипажники бросились нам навстречу. Падая в руки Артёма, я заметила, как Игорь изумлённо шагнул вперёд, неуверенно проговорив:
– Руська?
Но в Игоря тут же врезался шарообразный Борский:
– Игорюха!!! Жив, жив, зануда!
А потом я увидела, как Гусев и Андр, раскинув руки и отталкивая друг друга, кинулись к Ангелу, и как она, побледнев, рухнула, как подкошенная, на песок.
***
– В книжке про вас с Артёмом бы написали: "Она слабо вскрикнула и, лишившись чувств, упала ему на руки", – усмехнулась Ангел.
– Ну я не вскрикивала и не лишалась чувств, – возразила я. – И я не плакала и даже ничего не говорила. Но если бы в тот момент кто-нибудь захотел меня оторвать от Тёмки, ему пришлось бы отдирать меня по кусочкам.
– Что было потом? – спросила она.
– Мы все испугались за тебя. Китови приказал подогнать джип, тебя и Туру Найнга уложили в машину. Я поехала с тобой. Остальные – следом на других машинах. Военные нага укатили на автобусах в свой лагерь.
– Как же ты оторвалась от Артёма? – усмехнулась Ангел.
– С ним всё было в порядке... В отличие от тебя... Кроме Найнга никто не ранен серьёзно, так, ушибы и царапины. Тот огненный шар выпустил Сэл, и шар метался в пыли, он и покалечил большую часть монстров. Иначе неизвестно, чем бы всё закончилось. Так что все живы, кроме... – у меня перехватило дыхание, и я не смогла продолжить.
– Кроме моего ребёнка, – с убивающим спокойствием проговорила Ангел. – Но это не страшно. Ты же знаешь, Моррик, ни мне, ни Гусеву он не был нужен.
Я вспомнила, как плакал Гусев, узнав о гибели малыша. Как он глухо стонал, упираясь лбом в стену и колотя по ней кулаком, и как отталкивал от себя всех, кто пытался поговорить с ним. Но говорить об этом Ангелу я не стала – ей и без этого было сейчас тяжело. Все эти разговоры о том, что это нежеланный ребёнок, были всего лишь бравадой,
– Это был мальчик или девочка? – безразлично спросила она.
– Мальчик, – выдавила я.
– Ну и ладно, – тихо пробормотала Ангел. – Всё равно я его не хотела, – она отвернулась и прерывисто вздохнула. – Так будет лучше... для всех.
– Ты в самом деле так думаешь? – почти шёпотом спросила я и взяла её за руку.
|
| 18881 | называй меня ангел | 3/27/2019 6:48:16 PM | Камбуз не дремлет!
Звон в ушах, резкий пот, холодеющие руки, мушки перед глазами и ощущение головокружения, тошнота.
Ноги отказываются держать, а мозг берет краткий тайм-аут, чтобы организм смог прийти в себя или
перезагрузиться. Я "падаю" в глубокий обморок. Последнее, что я помню до наступления полнейшей
темноты, это лица моих чудом вернувшихся к нам товарищей, чумазые и усталые их лица...А потом
полная темнота и тишина...Очнулась я в больничной палате, подключенная к каким то приборам и
аппаратам, с кислородной маской на лице, внутривенно "пристёгнутая" к капельнице. Напротив меня
сидела заплаканная Морра. "Что со мной?" - попыталась я спросить её глазами, но подруга как то
странно отреагировала на мой вопрос, она с диким выражением на лице стала давить на какую то
кнопку и орать что то вроде: "Сюда, все сюда, она очнулась!" Тут уже не выдержала я, свободной
рукой содрала маску со своего лица, и спросила осипшим голосом: "Моррик, что со мной?"
- Ангельчик, родная, ты только не волнуйся! С тобой уже всё нормально...более-менее нормально...
- Значит более-менее? А что вообще было, Моррик?
- Ты упала в обморок, прямо там, на поле боя.
- Это я поняла, если я здесь и ничего не помню...хотя, нет, я помню наших, я их успела
увидеть...Все живы?
- Да, Ангел, все живы и здоровы.
- Мы победили?
- Да, да, всё хорошо...
- Расскажи мне немедленно! Где все?
В этот момент в палату вбежали несколько человек в больничной униформе и с масками на лице, один
из них немедленно подскочил ко мне, и ухватил меня за запястье, считая мой пульс. Две девушки,
видимо медсёстры, с волнением смотрели на него. Посчитав мой пульс, потыкав в меня стетоскопом и
проверив мои глазные яблоки, доктор обратился к своим помощницам на пенджаби, видимо раздавая им
поручения. Девушки немедленно задвигались по палате в ускоренном темпе, одна взяла Морру под
локоток и вывела за дверь, вторая сунула мне градусник за щёку, и показала мне судно, но я от неё
отмахнулась, сейчас мне важнее всего было поговорить с подругой, поэтому я решила пережить все
процедуры побыстрее, и попросить вернуть мне Морру назад. Однако с моими желаниями никто не
считался. После измерения температуры, давления и сахара в крови, отключения капельницы и приёма
таблеток, наступило время серьёзного разговора с врачом. Он удобно расположился в кресле, которое
перед этим занимала Морра, и на довольно хорошем английском заговорил со мной.
- Госпожа Ангел, позволите ли мне так к вам обращаться?
- Да, конечно, - ответила я.
- Очень хорошо. Я - ваш лечащий врач, зовут меня Анупама Мишра.
- Очень приятно, доктор Мишра, надеюсь я не стала для вас слишком беспокойным пациентом, -
улыбнулась я.
- Вы немного напугали своих друзей, для врачей же ваш случай совершенно не сложный. Ваш организм
стандартно отреагировал на эмоциональные и физические нагрузки, я бы даже сказал перегрузки. Тем
более в вашем положении...
- Вы о беременности?
- Да, именно о ней. К сожалению, к моему большому сожалению, обморок со всеми вытекающими
последствиями, а так же не вовремя оказанная медицинская помощь, стали роковыми факторами, и
ребёнка вы потеряли.
- Я так и подумала, - отреагировала я после минутного молчания, - Судя по боли внизу живота и
странному дискомфорту.
- Это стандартные неудобства после операции.
- Операции? Мне делали операцию?
- Да, небольшую, плод погиб в утробе, и нам ничего не оставалось, как извлечь его. Операция прошла
без осложнений, и уже через пару дней вы перестанете ощущать боль и другие неудобства....Чего не
могу сказать о душевном состоянии, обычно женщины очень тяжело переносят подобные неприятности.
- Не волнуйтесь, доктор Мишра, я не из тех женщин, для которых беременность становится смыслом
жизни, в моём возрасте к подобным сюрпризам природы привыкаешь не сразу, вот и я ещё не успела
привыкнуть, я только несколько дней назад узнала, что жду ребёнка, и это было совсем не
запланировано. Не хочу показаться вам черствой эгоисткой, но, думаю, что для меня такой ход
событий может оказаться даже к лучшему.
- Я не совсем вас понимаю, - удивился док.
- Уважаемый доктор, дети должны быть желанны и запланированы, а в моём случае эта беременность
была просто случайной, и даже отец этого ребёнка не знает ни о чем.
- Странно, потому что вчера вечером я здесь наблюдал сурового мужчину в камуфляжной форме, в
глазах которого застыли невыплаканные слёзы. На мой немой вопрос, он мне сказал, что он отец этого
ребёнка, и что он очень мечтал о нём,
- А вот это уже не очень радостная информация...Значит Генерал знает, значит Сэл успел ему
брякнуть...
- Кто? Что?
- Не важно, Док. Если вы закончили свою беседу, то не могли бы вы позволить моей подруге Морре
вернуться сюда?
- Да, да, конечно, госпожа Ангел, - затараторил доктор, поднимаясь с кресла, - Я немедленно разыщу
вашу подругу...
- Я думаю, что она дожидается прямо за дверью, - успокоила его я, - Да, кстати, доктор Мишра,
можно ли мне напоследок задать вам ещё один вопрос?
- Я вас слушаю, - уже от дверей оглянулся врач.
- Это для меня не очень важно, но всё таки не могу не поинтересоваться. Есть ли ещё вероятность
того, что я могу забеременеть?
- Боюсь вас огорчить ещё раз, Ангел, но это, скорее всего, уже не возможно, - с поникшей головой
доктор вышел из палаты, а в открытую дверь немедленно влетела Морра.
|
| 18880 | называй меня ангел | 3/15/2019 4:17:26 AM | ЛЕТА --> (18879)
Камбуз слёзно просит прощения!
Как любим мы тебя, Леруня,
Спаситель и защитник наш,
Ты Кругосветная Мамуня,
А мы - твой верный экипаж!
Когда вернёшься, радость наша,
Хоть зимней ночью, летним днём,
Тебя ждет Камбуз вместе с кашей.
Не только Камбуз, все мы ждём!
Прости придурочного Кока,
Что вечно портит всё вокруг.
Я порчу, а тебе морока.
Прости меня, мой милый друг.
За всё огромное спасибо
Сто сорок раз я говорю.
Не буду больше портить, либо
Сама себе живот вспорю!
|
| 18879 | ЛЕТА | 3/14/2019 10:23:19 PM | Помощь от помощника
Еще чуть-чуть.. и девятнадцать
с тремя нулями - Высота!
А я совсем пропала, братцы..
Не та дорога, ох, не та..
Но обожаю вас безмерно!
И верю в чудо: этот год
На борт "Летучего" (.. наверно..)
Вторпома все-таки вернет..
Тыщ Старпом! Разрешите докласть!
Второй помощник косметический ремонт завершил!
|
| 18878 | Серьёзный мужчина | 3/14/2019 10:30:30 AM | Капитанский мостик
Уходить "под шумок" - наше любимое занятие. Покидать корпоративы в самый их разгар, когда там затевается драка или просто не осталось здоровья для продолжения банкета. Смываться с субботника за десять минут до начала раздачи граблей, лопат и носилок. Ну а что там, работать некому? Правда, если так подумает каждый, то работников действительно не останется. Ну и... все диверсанты мира - эти профессиональные тихушники - любят по-английски оставлять место выполненной работы. Или не выполненной, тут уж как повезёт. Но все эти мероприятия под прикрытием декораций изначально задумываются негромкими. А вот как быть в случае, когда происходит вовсе даже не "шумок", а прямо таки ШУМ? Грохот? Если это самый что ни на есть "грандиозный шухер"? Уходящим следует построиться в парадные порядки, и следовать в направлении ухода с бодрыми строевыми песнями? В сопровождении полкового оркестра, наяривающего " Прощание славянки"? Начищенные трубы слепят глаз медью. Бумканье большого барабана надиктовывает сердечный ритм как у бегущего трусцой здорового образножизника. И торжество. Что ещё может так передать ощущение торжественности, как не фанфары да литавры? Уходим, уходим, ухоооооодим... По словам одного певца со взглядом потустороннего существа.
Пока мы сидели в стакане, вопросы не возникали. Выбора все равно не было. Был только ШУМ вокруг. Но в какой-то момент обстановка накалилась и в нашем дружном коллективе. Нет, генерал не поднимал нам нервы приказами дивизионного масштаба. Как раз наоборот, дядя Вася впал в эйфорическое состояние, получив от Сэла какую-то информацию. Может черныш ему в любви признался? Гусев сидел в сторонке и сиял, словно никелированный самогонный аппарат, даже бодро побулькивал, как тот перегонный куб. Но теперь дракона начал поддевать Андр. Мол, отчего бы крылатому бычаре не взлететь над головами врагов, и не отбомбиться, к примеру, продуктами жизнедеятельности? Которые особенно хорошо и в достаточном объёме появляются в момент сильного испуга. На что Сэл старался не реагировать, только надувал щеки, багровел желтками глаз, и ворчал, как раскормленный десятитонный французский бульдог. И кажется от раздражения в нем начал копиться метан. Эдакая драконья изжога. Вдоль зубов, справа налево и обратно, бегали искорки, а через прорехи между клыками вырывались белёсые струйки пара. Пока ещё не превратившиеся во всесжигающие плевки пехотного огнемёта. Но Сэл был на грани. И когда Пёса ляпнул что-то особенно обидное, давление внутри Чёрного достигло критических величин. Он отрыгнул шар ослепительной яркости плазмы, размером с детский пляжный мяч. Подобно метеоритному болиду, гудящий сгорающим кислородом сгусток со второй космической скоростью прошил завесу дыма, нактнулся на какое-то препятствие, и пошёл метаться по полю боя, хаотично, беспорядочно, но несомненно больно для тех, с кем соприкасался. К мешанине звуков добавились свежие нотки.
А ещё он прожёг целый тоннель в стене пыли, призывно раскрывший жерло для выхода из ловушки. Тогда и возникла предпосылка подтвердить всем известное фольклорное выражение. Мы как будто только и ждали этого события, как изнывающие пассажиры возле гейта на взлётную полосу, чтобы можно было уже покинуть таможенную зону, и наконец-то заселиться в вожделенный салон воздушного лайнера. Но оттуда, не успели мы ступить и шагу, навстречу нам полился поток камуфлированных индусов с оружием. Слава Кришне, хотя бы не ящериц. Правда, выражения смуглых лиц были не менее угрожающими и устрашающими. Они сыпались и сыпались в брешь, заполняя наш стакан. Казалось, что когда им не хватит площади донышка, бойцы начнут накапливаться вверх, как это делает наливаемая жидкость. Наверное, нам надо было начинать набирать воздуха в грудь, чтобы не захлебнуться милитари-массой. Но получилось наоборот - мы выдохнули разом, облегчённо. Потому что в убежище, переставшее быть уютным, молчаливым потоком внесло, как цветки на спине весеннего ручья, наших дорогих девчонок, Ангела и Морру...
|
| 18877 | называй меня ангел | 3/8/2019 11:03:08 PM | Серьёзный мужчина --> (18872) ЧерныйПес -->
(18874)
Спасибо, дорогие и любимые. Я тоже вас очень
люблю!
|
| 18876 | Morra | 3/8/2019 4:06:48 PM | ЧерныйПес --> (18874) Серьёзный мужчина --> (18872)
Спасибо вам огромное, наши лучшие мужчины!!!
|
| 18875 | Morra | 3/8/2019 4:05:54 PM | ЧерныйПес --> (18873)
Спасибо огромное за поздравление!!!
Постараюсь даже не мечтать про "убить всех человеков", хотя иногда очень хочется!!!)))))))))))))
|
| 18874 | ЧерныйПес | 3/8/2019 3:43:37 PM | С ПРАЗДНИКОМ, ДОРОГИЕ ЖЕНЩИНЫ!
Желаю счастья много-много,
Улыбок радостных букет,
Друзей, здоровых и веселых,
Везенья в жизни, долгих лет,
И чтобы бедам всем назло
Жилось, любилось и везло!
Всех люблю! Ангела впрочем всех больше и особенно нежно ;))
|
| 18873 | ЧерныйПес | 3/8/2019 3:40:51 PM | С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ!
Дорогая, Морра! Примите мои запоздалые но искренние поздравления с Днем рождения! Желаю вам сбычи всех мечт. Ну кроме "убить всех человеков" возможно :))
|
 18872 | Серьёзный мужчина | 3/8/2019 10:01:04 AM | С профессиональным женским днем!!!
Дорогие наши женщины, девчонки, дамы и прочие представительницы этой прекрасной половины человечества! С праздником вас!
Пусть вас радуют дети (у кого есть), не огорчают спутники (у кого есть), и вообще всё в жизни складывается так, как вы видите.
И вкусняшек побольше.
|
| 18871 | Серьёзный мужчина | 3/3/2019 2:22:07 PM | Капитанский мостик
==========================
Вся наша жизнь заполнена банальностями, штампами, стереотипами, избитыми фразами, затасканными до лоска и дыр словесными клише. Некоторые раздражают. Иные забавляют. Проносятся мимо сознания набором букв или звуков, вскользь отмеченные краем осязательных органов. Но это если не касаются лично вас. А вот одна расхожая фраза сразу пришла на ум, когда участниками события, ею описываемого, стали мы сами.
"Помощь пришла, когда улетучилась надежда на спасение". Когда посреди мелькающих фрагментов схватки начали всплывать мысли о недоделанных делах. Ещё не настал момент прощания с жизнью и товарищами, но уже лёгкая тень сожаления, что что-то не успел сделать в этой жизни, омрачила яркий солнечный свет. Из глубин, из потаённых подвалов подсознания, двери которых в спокойные времена покрыты пылью, ржавчиной и плесенью, закипая, поднималось отчаяние. Даже глаза Пёсы, постоянно находящегося в состоянии злого задора, заволокло мертвящей поволокой, и в тонкую нитку сжались побелевшие губы.
А потом все отвлеклись от грустных мыслей. Тут и там начали вспухать клубы пыли и песка, словно древние воины, прозябающие в забвении долгие века, вдруг пробудились от безвременья, и неведомая сила выстреливала ими из могил. Вокруг нашей ошеломлённой группы завертелась панорама массового безумия, присущего огромным танцполам на каком-нибудь опен-эйр-микс-диджей пати. Где одуряющая какофония звуков ритмичными ударами басов вбивает невменяемых танцоров в землю, как гвозди молотком в бетон. Мечутся сполохи лазеров, пластающие тьму на неровные ломти вместе с людьми, отчего в пространстве возникают только отрезанные части их дёргающихся в истерике тел. Нечто подобное накрыло и нас. Музыка боя звучала ровно в тех же тембральных окрасах, что и дискотечные электронные дробилки мозгов. И децибеллы, и киловатты вполне могли разрушать камни в почках. Да и участники извивались так отчаянно, словно эти камни уже пошли по моче-половой системе.
На ограниченной сцене театра военных действий, в который мы попали без билетов, но сразу в первые зрительские ряды, стало тесно, как на международном слёте. Все многочисленные участники разом взобрались на подмостки для представления. Дым, вонь, огонь, как иногда выражался Пёса. Даже тех отчаянных штурмовиков, что бросились добивать нашу группу, втянуло в круговерть боя помимо их желания. Наверное так идут на смерть муравьи, подчинённые коллективному мега-разуму, управляющему всей их армией - безропотно, без сожаления, без сомнений. Все скрылись в дымовой завесе. Наверное, наши неведомые спасители были столь же деликатны, сколь кровожадны, поэтому и избавили нас от лицезрения подробностей. Хоть мы и стали уже свидетелями работы танковых гусениц, после чего ничто не смогло бы нас шокировать. Но, тем не менее, всё происходило без нашего участия. Но никто и не был в претензии, собственно.
Мы ещё пребывали в растерянности, и не определились насчёт дальнейших действий. Что-то подсказывало, что в данный момент не стоило куда-либо бежать, дабы не попасть под чей-нибудь удар. Битва происходила на расстоянии метров тридцати, и в этой буферной зоне не шевельнулась ни одна песчинка. Однако бурлящие дымы окружали нас плотным кольцом. Хоть и не переливаясь через границу, словно мы были внутри стеклянного стакана, поставленного в кастрюлю с кипящей водой. Но и выбраться отсюда было невозможно. Поэтому мы сидели и лежали, переводя дух. Ощущения полной безопасности пока не наступило, напряжение не отпускало. Пёса пытался ловить за рукав генерала, который не мог спокойно смотреть на войну, проходящую без его участия. Пару раз Гусев вырвался, и даже пересёк нейтральную полосу. Однако из стены дыма вырвались плети, состоящие из тьмы и злого рыка, взрывшие песок перед его ногами, так что его с ног до головы осыпало кварцевой крошкой. После чего он выругался, погрозил неведомому стражу кулаком, и вернулся в тень от дракона.
Сэл подхватил его на крыло, поднёс к своей ещё дымящейся пасти, словно хотел сожрать, и шевельнул кожаным подобием губ возле уха Василия Никитовича. И ликующий вопль Тарзана огласил пустыню, на мгновение перекрыв даже грохочущие перекаты боя...
|
|
|