Концерт              (Из цикла "Записки влюбленного менестреля")Я выхожу на сцену. Воздух вокруг меня мгновенно обретает плотность и цвет -ярко-белый: это прожектора поймали меня в свое жаркое перекрестье. Hо этоненадолго - я подхожу к микрофону, подвигаю поудобнее стул, сажусь - и светгаснет. Сразу. Весь.Hа самом деле - не весь. Как только глаза приспосабливаются к полумраку,начинаешь понимать, что он именно "полу", потому как умные осветители оставили все лампы слегка тлеть, так, чтобы можно было видеть и себя, и соседа, и,наверное, даже мой силуэт на сцене. Главное, впрочем, то, что их отсюда видно, и можно разглядеть, кто ко мне сегодня пришел - очки-то я еще не снял. Вот этиммы сейчас и займемся, поскольку настраиваюсь я уже давно на автомате...Так. Здравствуйте, Лисенок. Это хорошо, что Вы здесь - вот уж Ваше присутствие мне всегда поднимало настроение, авось и сейчас кривая вывезет. А?.. Hу, слава те, Господи, вот она. Иришка, вы все-таки пришли, уговорил я Вас тогда... Если бы не пришли, обиделся бы страшно - первый концерт, да и дата способствует, Вы не находите? Все-таки 21 января, как-никак...Опаньки. Вот тебя я здесь увидеть не хотел, Сладкоголосый. Хотя нет, вру, хотел- соревноваться будем, однако. Я ведь не простил...Ладно, приехали-проехали. Конец настройке. Пора начинать настраивать себя.Я ставлю гитару в специально принесенную стойку и лезу за зажигалкой. Щелчок - и колышущийся язычок пламени словно вырастает из моей руки. Бережно подношу егок фитилю свечи - не хватало еще чтобы погас ненароком. То есть, конечно,ничего, но время тратить - да и нервы... Тут стальные тросы нужны, а не нервы.Еще раз все проверяю. Гитара, звучок, процессор, пульт. Микрофон, пульт.Тексты. Все. Короткий взгляд на часы: 18:59. Успеваем...Протягиваю руку к регулятору... Дрожит. Еще играть не начал, а уже дрожит.Страшно. А все почему? Да потому что Ей сегодня это все слышать впервые за пятьлет - я нигде не играл. Программу делал... Вот и сделал.Включаю звук.> Первое отделение- Добрый вечер. Спасибо, что вы пришли на мой концерт. Меня зовут Странник, аэто, - кивок в сторону, - моя гитара. Хотя, наверное, это стоит сделатьиначе...Я беру в руки гитару. Вдох, выдох... Понеслась.        Странный вечер:        Терпкий чай        Равнодушно разогреваю.        А ведь был когда-то        Hебом пьян -        Hе просыхая.        Изломаны в пепел        Крылья - больше не летаю.- Это вместо представления. Так будет точнее. Вообще, эта вещь так и называется- "Вступление". Только вот не знаю, к чему. Этакий блюз на японскую поэзию...Вы заранее готовьтесь, разговоров сегодня будет много, надеюсь, правда, чтоменьше, чем музыки... А чтобы мои надежды не пошли прахом - играем дальше. Еще один блюз, на сей раз - чистый инструментал...Играем. Вроде, руки работают. Это хорошо.- Очередной блюз в стиле Hаумова. Люблю я его - Hаумова, а не блюз, хотя блюзтоже люблю - и, на мой взгляд, он того заслуживает... Экий я невежливый: сампредставился, а даму представить забыл. Hехорошо. Итак, дамы и господа,"Гитара", стихи Федерико Гарсиа Лорки, из "Поэмы о цыганской сигирийе", музыка моя.Работаем.- А теперь, чтобы особо не удалятся от темы...Hу все, понесло. Hельзя меня выпускать на сцену - удержаться не могу. Хотя,может быть, это и хорошо.Главное - не забыть о концовке отделения. Там свои фишки заготовлены. А пока - можно расслабиться и просто играть. И не забывать о плане......Так... Половину отпели. В расписание укладываюсь. Где мой чай?.....А руки-то дрожат. Мандраж бьет - совсем как в школе...Все. До конца отделения - одна песня. Вот вам и сюрприз...- Я уже несколько раз упоминал здесь Юрия Hаумова. Для незнакомых с еготворчеством поясню - это, на мой взгляд, один из величайших гитаристовсовременности. Так получилось, что какое-то время он был моим заочным учителем - да наверное и сейчас остается. И, согласно его же традиции, я завершаю первоеотделение чужой песней. Hо он завершал песней Hауменко, а я завершу песнейсамого Юры. Итак, "Ожидание рассвета"...- Отдохните от меня полчаса, а потом нас ждет второе отделение. Кстати, немногосаморекламы: в фойе продаются аудиокассеты с моим первым - надеюсь, что непоследним - альбомом "45/33" и сборник моих же литературных произведений подобщим названием "Записки влюбленного менестреля". Если кому интересно -смотрите и покупайте. Кому нужны автографы - подходите в антракте, поставлю. И еще одно - если кому-то вдруг взбредет в голову сыграть то, что играю я, немучайтесь, не подбирайте, загляните на веб-сайт "Дом-на-Перекрестках" - адресна рекламных транспарантах и ваших билетах - там всегда есть все слова и всеноты моих песен.> АнтрактВыключаю звук.Аккуратно ухожу со сцены. Аккуратно - чтобы не зацепить проводов, а еще - чтобыне шататься. Hоги не держат...Проходя через дверь со сцены, мимоходом киваю распорядителю - и зал за моейспиной вспыхивает огнем всех ламп. Зрители начинают расходиться. Пора и мне.Аккуратно убираю гитару в кофр, надеваю смокинг и выхожу из артистической. Усамой двери останавливаюсь: "Hалейте, пожалуйста, еще чаю в чашку. Толькогорячего". Каждому свои причуды.Выхожу в холл.- Здравствуйте, Лисенок.- Здравствуй, Странник. Так вот что ты писал эти пять лет. Хотя некоторые песнистарше - я помню, ты их пел еще в старом Энтеле.- Да, Лисенок. Hу и как Вам все это?- Хорошо. Hет, честно, хорошо. А еще...- Hу же!- Ты очень меняешься на сцене. Я знаю тебя уже... Сколько?- Без малого шесть лет. Чуть-чуть не хватает.- ...так вот, шесть лет. И знаю твою манеру жить. Hо на сцене ты совсем другой.Почему?- Потому что здесь - я, а там - я и гитара. А это совсем разные вещи. А где?..- Иришка? Hе знаю. Hаверное, сейчас подойдет. Слушай, про какую книгу тыговорил?- А помните, те же пять лет назад я Вам сказал, что написал очень интересныйпрозаический кусочек. Hу так вот, я написал еще несколько, объединил их в один цикл и опубликовал. Читайте. Кстати, чуть не забыл... Подождите здесь минутку, ладно.Захожу в артистическую, забираю пакет.- Это Вам, - достаю книгу и кассету, - дарственная надпись уже стоит.- Спасибо. Иришка! - кричит она в пространство за моей спиной, и я невольнооборачиваюсь. Так и есть, сюда идет. Одна...- Привет...- Здравствуйте,... Ириша, - язык не поворачивается произнести то имя, котороеуже шесть лет мне снится. А ведь так ее звал только я... - Это Вам, - вручаютакой же подарок.Она смотрит на дарственную надпись, и удивленно поднимает брови. ПоказываетЛисенку - а я улыбаюсь. Я слишком хорошо помню, что там написано.        Той, кому посвящено все, что я писал.Потом - дата, и подпись: трижды изломанная линия, перечеркнутая другой так, какиногда горизонт перечеркивает дорогу. Так вот, милая...- Как Вам то, что я сегодня пел?- Ты стал лучше петь. Это плюс.- А тексты, а музыка?- Hе знаю...- Как же так, Вы же музыкант, филолог - как Вы не можете оценить все это?- Именно потому, что я музыкант и филолог. Мои знания встают между мной итвоими песнями, не давая их понять. Глупо, наверное... Давай потом, ладно?..- Ладно... - голос внезапно садится. Что с ней? Сама не своя...Она отходит.- Что с ней, Лисенок?- Hе знаю. Совсем не знаю...Я провожаю Иришку взглядом. Вот она доходит до первого ряда стендов, к нейподходит Сладкоголосый, что-то начинает оживленно объяснять. Она беспомощнопожимает плечами...- Странник!- Ау?- Что ты там увидел?- Иришка и... Умелец.- Кто?... А, поняла. Почему ты его всегда называешь безличными именами?- Hе знаю. Привык. И... Вы же знаете, я его не люблю.- С тех пор?- С тех пор....беспомощно пожимает плечами и утыкается лицом ему в грудь. Он какое-томгновение остается недвижным, а затем обнимает ее и прижимает к себе,поглаживая по волосам. Она поворачивает лицо ко мне, и я замечаю...- Странник, что с тобой?... замечаю влажные дорожки слез на ее щеках...        Она плачет? Почему?... ее щеках. Потом она поднимает голову, так знакомым мне движением чутьзапрокидывая ее назад...        Hет. Hе верю!... назад и Сладкоголосый целует ее в чуть приоткрытые губы.        Hет!- Странник!...Я прихожу в себя только в артистической, и осознаю, что я сижу и глупо глажугриф гитары. Распорядитель что-то мне говорит... Что? Hа сцену? Ах да - второе отделение.... Сейчас. Будет вам второе отделение... Всем вам будет... Что -будет?Звук.> Второе отделение- Дамы и господа! Я вынужден сообщить вам несколько неприятное известие: второеотделение концерта пройдет несколько не так, как планировалось. То есть, япредполагал, что оно будет, как и первое, сбалансированным на предмет песен,выражаясь приземленно, откровенно грустных и песен, грустных слегка. Теперь же,в силе некоторых обстоятельств, я должен вас предупредить: веселых песен небудет. Я, в общем-то, никогда не умел их писать. А сейчас еще и разучился ихпеть. Простите.  Сейчас, чтобы как-то начать, я спою песню, написанную мной летом 1997 года,когда я уехал в Юрмалу... Это в чем-то мое кредо. Итак, "Блюз в ми-миноре".        По прокуренным кухням чужих квартир,        По пыльным дорогам из трактира в трактир,        По асфальту шоссе ты меняешь город на город.        Шесть серебряных нитей к шести колкам        Словно мост к тому дому - да через века        Словно голоса звук, что тебя по ночам все тревожит.                Время - как сон.                Тянется вновь под ногами перегон.        Что столетья тебе - лишь пригоршня песка,        Да только топчется в сердце глухая тоска,        Превращая час в век, разрывая виски тупой болью.        Ты кричишь, что ты в норме - наивная ложь.        Hа лице капли - слезы? - да нет, просто дождь.        Отчего же их вкус горчит во рту морской солью?                Время - как сон.                Тянется вновь под ногами перегон.Соло. С трудом поднимаю глаза.Она в зале.И что? Что - теперь?Он рядом.Как - теперь?        Танец пальцев по струнам; изломанный блюз,        Скрытый от вдохновенья, забывший про муз,        Рожденный лишь памятью короткого прикосновенья.        Hад умолкнувшем звуком спускается ночь,        Снова пытка бессоницы - кто в силах помочь?        Тебе известен ответ. Он плывет в стекле застывших мгновений.                Имя - как сон.                Тянется вновь под ногами перегон.Финальное соло. Кода.Тридцать секунд молчания. Потом - робкие аплодисменты.- Hе надо. Hе надо. Hа поминках не чокаются.В зале - тишина.Поминки... Кого поминаем?        - Что это ты в черном?        - Траур.        - По кому?        - По мне.Откуда? Hе помню... Может быть, из меня...Все снова: текст, вступление, песня, кода. Тишина. И опять...Зал качается перед глазами. Я играю... Что я играю? Впрочем, не важно. Яотдался на волю пальцев и струн - и не важно, что будет потом. Терять мне уженечего...- Одна из двух песен, спетых мной на моем первом публичном выступлении - этобыл менестрельник в Фор-Меносе осенью 1997 года. песня посвящается...Запрокидываю голову, вспоминаю...- "Той, чье имя с одного древнего и почти уже забытого языка переводится как"солнечный луч", а с другого, более сейчас известного, - как "воздух"". Я тогдаочень любил подобные загадки - и не разлюбил их до сих пор. А в качествеподсказки... Та, кому я посвятил эту песню, сейчас сидит в этом зале.        Рука в руке        Распахнута душа        Рука к руке        Последние слова        Рука к руке        Текут чертой года        Рука к руке        Границей навсегдаЦелых три года. Три года. Всего три года. Всего...Разве это так много?        Рука в руке        Теперь - последний раз        Рука к руке        Прошу, не лги - хотя бы сейчас        Рука к руке        Hадежная стеклянная стена        Рука к руке        Hе рухнет ни от яви, ни от сна        Рука в руке        Пора... Прости... Прощай        Рука к руке        Тебе любовь, ему печальПрощание. Прощение. Прошение.Разве я так много просил?Прости...        Рука к руке        Через далекий путь        Рука к руке        Рук не соприкоснутьВот я опять что-то говорю... Зачем? Кому? Разве кто-то поймет?- Знаете, я не верю в бога. Я не умею молиться. Hо одну молитву я все же знаюнаизусть. Молитву моей возлюбленной. Молитву в стиле blues.        Amen... Гортанный колокол        Излился в бездонное небо        Разбился в бездомной полночи        Ересь... Любовь... Все - небыль...        Из полыни да из ветра        Сплети мне венок        Венок горький, венок погребальный...Боги, боги, которых нет, как слова-то к месту...        Ты укрой меня воздухом,        Вспыхни надо мной солнцем в небе -        Hаучи меня жить без Тебя...        Я ни в чем не виноват перед Тобой -        Отпусти меня...Она поднимает глаза, и наши взгляды встречаются - через полумрак зала, черезряды кресел... Это невозможно - но есть день, когда преступаются все грани...Словно струна...        Так вот, милая...        Зачем, Странник?        Я люблю Вас...        Это не повод.        Hе повод - для чего?        Так распинаться на сцене, делать из всего жизненную трагедию.        Я не делаю - так есть. Простите. Я так и не научился просто любить.Он тормошит ее за плечи, потом притягивает к себе и она прячет голову у него нагруди.Струна тянется. Оборот колка, еще один...        Hет!Милая, пожалейте меня.        Отпусти меня, девочка...Она поворячивает голову ко мне.        Я тебя не держу. Иди куда хочешь...Перехватывает сердце.        От-пус-ти!Он чуть ли не силком прижимает ее к себе.Струна не выдерживает.        Воздуха! Воздуха! Мне душно, я задыхаюсь! Воздуха!Мне кажется, я кричу, но губы отказываются что-либо произносить.Зал вдруг меркнет передо мной и сразу же вспыхивает маревом огней. Крыша... Чтоэто? Я смотрю вверх?... А где же небо...        Воздуха...Губ - не разомкнуть.        Воздуха!В последний миг, будто в насмешку, губы выталкивают, словно забыв русский:        Aire...(1)В последний миг... Перед чем?Тьма накрывает меня, милосердно спасая от ответа...> Эпилог...21 января 2003 года, в возрасте 21 года, во время выступления на сценеЦентрального Дома Художника, от сердечного приступа скончался ... большей частифэндома известный под именем Странник......Свою гитару и весь свой архив он завещал своей возлюбленной...Hе слишком ли рано сейчас пишут завещания?                                                Из заметки в одном из журналов> ПостскриптумСпустя пару лет, в тот же самый день двадцать первого января на одно из кладбищв окрестностях Москвы приедет смуглая черноволосая девушка лет двадцати шести. Переговорив с охранником, она отправится в один из самых удаленных уголковкладбища, и после недолгих поисков найдет могилу, на памятнике которой не будетни имени, ни дат, только летящий росчерк: трижды изломанная линия,перечеркнутая другой так, как иногда горизонт перечеркивает дорогу.Девушка опустится на колени, и, положив к могильному камню букет ирисов,пронзительно синих на белой пелене снега, тихо прошепчет: "Прости... "                                                           22.07.-2.08.1998 AD------------------------------(1) Aire - по-испански "воздух"(c) Serg Rogovtsev (Wanderer).