¤¤¤¤¤¤¤¤¤¤¤¤¤¤¤¤

Tolik Matyakh 2:467/50.3 Плоскость апокалиптики Адам отвернулся от созерцания пышных достоинств Евы. Только сейчасон понял, какие же это достоинства. Голос, доносящийся одновременноотовсюду, обвиняющим тоном произнес: -Итак, вы вкусили плода от Древа познания добра и зла. Я жепредостерегал вас - вы еще не готовы к этому. И что теперь? -А что, - неуверенно промямлил Адам, - весьма вкусно. Округлости Евы пробуждали в нем что-то новое и непонятное, ипоэтому Адам не мог сосредоточиться. Он повернулся к ней спиной, истал смотреть на Древо, на котором было еще очень много неувядающих ине портящихся плодов. -Зачем ты сделал это, Адам? -Ну... Ева предложила мне попробовать. В конце концов, - голос егообрел твердость, - почему бы и не попробовать? Если это растет здесь,в Саду, значит это можно есть. И мы не умерли, как Ты говорил. -Идиот! Я не говорил, что вы умрете, как только попробуете такое"яблочко". Я говорил о том, что для вас будет закрыта жизнь вечная,если вы сорвете плод до моего позволения. Ева, что скажешь ты? -Я просто... Шла мимо, и увидела плод. Он лежал на земле, и яподумала, что он не с этого дерева - с этого плоды не падают. -Да ну? На этом холме на пятьсот шагов больше нет ни деревца. -Н-ну, может, принес кто-то... -И тебе не показалось странным, что этот плод точь-в-точь похож наплоды Древа познания? -Я... -Молчи... Скажи лучше, зачем скрываешь ты того, кто надоумил тебясорвать плод? -Я и сама думать умею! - вспыхнула Ева. -Не хочешь - не говори. Тем хуже для тебя. Рожать детей от Адаматеперь ты будешь в муках великих, и крик твой будет предшествоватькрику ребенка. Внутри у Евы что-то перевернулось, и она охнула, схватившись заживот. -Вот тот, чьи слова оказались для тебя выше слов Моих. Смотри же! Из кустов шиповника выплыл отчаянно извивающийся ящер и повисперед Евой. -Но мне ведь больно! - вопил он, стараясь выпутаться из невидимой,но мощной хватки. -А мне не больно ли смотреть, как нарушаются запреты Мои? -Но я же пошутил просто! А она поверила! Я и сам думал, чтоплоиииииссссс... - ящер вдруг скатился с членораздельной речи нашипение и верещание. -Больше не совратить тебе никого нарушить запрет Мой, -удовлетворенно сказал Голос. Ящер продолжал барахтаться и верещать.Ева смотрела на происходящее большими круглыми глазами. Адам подошел кней и взял за руку. Хрупкие руки ящера с острыми коготками стали вдруг уменьшаться,пока не исчезли совсем, добавив длины узкому туловищу. -Ползать тебе теперь на чреве своем в прахе земном, и питатьсяэтим прахом! Ноги ящера тоже исчезли, и теперь он выглядел совершенно нелепо -невозможно теперь было разобрать, где у него шея, где туловище, а гденачинается хвост. Рот превратился в вытянутую трубочку для всасыванияпраха земного. -Но Создатель, - вмешалась потрясенная Ева, - он не заслужил такойкары! Это я, дура, восприняла всерьез его шутку... -Ваша с Адамом очередь еще придет. Хотя... Ящеру вернулся нормальный рот с острыми белыми зубами. -Питание прахом, так уж и быть, отменяется. Уж слишком паскуднаядиета. Ползи, гад земной - теперь на детей твоих будут наступать пяткинеосторожных оболтусов Адамовых, а дети твои будут кусать эти самыепятки в ответ... Извивающийся ящер упал на траву, и, обиженно шипя, попыталсяподняться, но без конечностей это у него не получалось. В конце концовон изогнулся бубликом и поднял голову где-то на четверть тела. -А что же будет теперь с нами, Создатель? - Адам не мог отвестивзгляд от покаранного змея, - Мы умрем? Или... -Вы теперь умрете. Но позже, много позже. Я изгоняю вас из Сада наземлю, на далеко не такую благодатную землю. Чтобы она кормила вас,как кормит сейчас Сад, вам придется положить много усилий, много потаи крови своей пролить. Идите же! -Но куда идти нам? -Ко Вратам! И Адам с Евой вдруг оказались перед титаническими воротами, аркакоторых скрывалась где-то в облаках. Ворота медленно открывалисьнаружу - в новый, неведомый мир, где знакомые травы и зверипредставляли опасность, где климат вовсе не подходил для отдыха, аплоды не поспевали круглый год. -Идите! - громыхнул Голос напоследок. И они пошли к воротам, ступая по мягкой, не ранящей ноги, травеЭдемского сада. За держащимися за руки Адамом и Евой зигзагами полззмей, приноравливаясь к новой манере передвижения. Оглянулись они лишь тогда, когда спускались с холма. ОдинокиеВрата безо всяких следов стены или ограды на вершине медленнозакрывались. Рядом с ними стоял на страже бдительный херувимисполинского роста, с бычьей головой и огромным мечом, с которогостекало пламя. Херувим отсалютовал им своим мечом и улыбнулся. Адамплюнул, повернулся, и зашагал быстрее прочь, увлекая за собой Еву. Змей смотрел, показывая раздвоенный язык, на исчезающие Вратав мир, что был когда-то их домом. -В этот раз они не прикрывались фиговыми листками, - сказалВторой. -Честно говоря, я просто забыл посадить рядом фиговое дерево, -отмахнулся Первый, - ведь если бы они каждый раз повторяли одно и тоже, это бы здорово наскучило. -А зачем ты каждый раз терроризируешь этого смешного зверька? Онтак забавно бегает, а без ног - не сможет. Ты же прекрасно знаешь, чтоон не при делах. -Без ног он будет не менее забавно ползать. Понимаешь, после жизнив Саду они не умеют бояться - и это единственное, чем я их могунапугать, не травмируя - показать на примере кару божью. Ну, а чем необъект для назидания - змей-искуситель? -Ну да ладно, - произнес Второй, - как всегда? -Как всегда, - согласился Первый. Миссис Нелли О'Брайен включила телевизор, чтобы посмотретьочередную серию "Горящего парка" - бразильского фильма о трагическойсудьбе дочери фазендейро. Ее покойного мужа всегда раздражали мыльныеоперы, и теперь она хоть могла - прости, господи, - вволю переживатьза героиню. Просмотрев положенные пятнадцать минут рекламы перед началомфильма, миссис О'Брайен в очередной раз убедилась, что новыйстиральный порошок "Спарк" стирает гораздо лучше обычного; чтопрокладки "Форевер" спасут в любой, даже самый критический, день; чтозубная паста "Колгейт Антисептик" предохраняет не только от кариеса, аи от желудочных расстройств и головной боли; что... И тут, вместо медленной мелодии и титров фильма, по экрану пошлисине-зеленые всполохи, сопровождаемые гулом различной тональности.Раздраженная подобной халатностью работников телестудии, Нелли нажалана кнопку дистанционного управления. На других каналах было то жесамое. Она подошла к телевизору, намереваясь стукнуть это достижениечеловеческой мысли покрепче, и тут всполохи успокоились. На экранетеперь переливался узор невероятной сложности. Из динамиков телевизора раздался голос: -Двенадцать тысяч лет назад... Андрей круто развернулся и выстрелил из ракетомета в Серегу, нотот успел уклониться и взлетел, поливая Андрея свинцовым дождем. Вокне рядом мелькнула чья-то тень - скорее всего, Олега, и за спинойраздался негромкий металлический звон. Андрей прыгнул вперед, но былопоздно - граната взорвалась, и он увидел перекошенную булыжнуюмостовую, край кровяной лужи и надпись "Press SPACE to restart level". А у Сереги были свои проблемы. Крошки от печенья попали в мышь, иона теперь очень плохо слушалась - и именно при поворотах, там, гдеэто наиболее нужно. Он вертелся на месте, пытаясь вытряхнуть этикрошки, и едва успел заметить дымный шлейф приближающейся ракеты. Онпопытался метнуться в сторону, но не смог - вправо мышь не ехала, аслева была серая стена здания. Олег слез с карниза и сменил ракетомет на карабин. Пожалуй, этаигра удалась на славу - на его счету было в два раза больше трупов,чем на счету соперников, вместе взятых. Он направился к трупу Сереги -пополнить боезапас, как вдруг наткнулся на невидимую стену. -Что за глюк? - удивился Олег, глядя на безнадежно повисший "DukeNukem VII". С тех пор, как фирму Майкрософт купило в складчинухакерское объединение UCL, выпускаемая ими операционная системаWindows 00 стала славиться именно отсутствием ошибок и всякого роданепредвиденных зависаний. -Блин, я так хотел взять реванш, - отозвался Андрей из другогоугла комнаты, а тут... В колонках у всех троих загудело. -Это что? - удивился Олег, - новый глюк? Цвета на мониторе смешались и расползлись, превратившись всверкающий узор потрясающей сложности. -Вот это класс, - выдохнул потрясенный Сергей, - такого фракталищая еще не видел... В колонках скрипнуло, щелкнуло, и раздался голос: -Двенадцать тысяч лет назад... Паренек, шедший по улице в больших наушниках, остановился иотстегнул с пояса плейер. На табло вместо названия песни бежали какие-то непонятные значки, а в наушниках стоял постоянно меняющийся гул. Онпотряс плейер, но это ни к чему не привело. Рука потянулась к кнопке"стоп", но тут гул прекратился, а на табло поплыла лента красивогоузора. В наушниках послышался голос: -Двенадцать тысяч... Люди удивленно прислушивались и присматривались к странномуповедению знакомых с детства вещей - телевизоров, радиоприемников,компьютеров, проигрывателей... Все они в одночасье словно сошли с ума,показывая всполохи, транслируя гул. И в одночасье успокоились, явивмиру сложнейший узор и странный голос. Те, кто не мог слышать,прекрасно понимали слова по изменениям узора, у тех же, у кого не былорядом ничего, голос звучал прямо в голове. -Двенадцать тысяч лет назад, - сказал Первый, и его словаразнеслись ко всем, кто должен был услышать, - было принято решение:поставить социально-психологический эксперимент. Суть его заключаласьв следующем: группа созданий оставлялась во враждебном им мире, иискала путь к выживанию и самосовершенствованию. Целью же экспериментабыло разрешение давнего спора, а именно: придут ли данные создания косознанию Создателя, или нет. Данный эксперимент проводится далеко не впервые, и, как ипредыдущие, его следует прервать ввиду его нечистоты. Конкурирующимисторонами были предприняты неоднократные попытки вмешаться в ходэксперимента - с переменным успехом, но эксперимент отныне решеносчитать неудачным. Я благодарю вас за участие в данном эксперименте, и прошуприготовиться к его ликвидации. И разверзлись небеса, явив черную трещину. Лопнула Земля, высоковверх выбрасывая огонь недр своих. И трещина поглотила огонь, а за ними Землю, расширившись. Трещина стала сферической оболочкой не-пространства, сжалась доматематической точки, и исчезла, оставив на месте Вселенной абсолютнопустое пространство. Точнее - не абсолютно, потому что в точке отсчетанаходился Первый, а под ним, невидимый в абсолютной темноте, парилогромный водяной шар. -Да будет свет, - сказал Первый.May 27, 1998
E